Как научиться мечтать, чтобы не было мучительно больно? Часть 1

Реклама
Грандмастер

Работая копирайтером, я как-то получила заказ описать на английском достопримечательности Амстердама. Я возненавидела голландскую селедку, голландский сыр, пиво, отели и рестораны вместе с музеями и мельницами. По правде говоря, я все это обожала, но седьмой заказ на написание статьи для сайта по голландской тематике вызывал чуть ли не рвотный рефлекс.

С Нидерландами был связан один из самых ярких эпизодов моей жизни, но для описания этой истории из жизни следует сделать небольшое отступление.

Несколько лет назад я стала замечать, что стоило сильно захотеть чего-то, как оно вдруг либо исполнялось совершенно непредсказуемым образом, либо, наоборот, «двери» плотно закрывались, и я успокаивала себя, что это не мои желания и не мои двери.

Реклама

Одним их моих приоритетных желаний в тот момент было посетить Голландию. Детская книга «Серебряные коньки», Мэри Мэйпс Додж, Ван Гог, Рембрандт, мельницы и клоги, голландские сабо… Для получения визы в 2009 году необходимо было получить весомое приглашение, желательно достаточно авторитетное. И тут сказочно повезло: именно в Амстердаме проходил Конгресс SAAW под длинным названием, из которого можно было понять, что оно связано с экологией и чистой водой.

Чтобы не платить за дорогие амстердамские отели, меня с одноклубницей Ларой пригласила к себе на яхту одна из давних подруг — голландка Фемке. Яхта была обычной, 12 метров в длину. В носовой части за закрытыми створками спала высокая Лара. Хозяйка яхты выбрала себе «гробик» — так называют яхтсмены полузакрытые удобные отделения в кормовой части, предназначенные для хранения парусов, шкотов, одежды и прочего яхтенного оснащения.

Реклама

Симметрично расположенный второй «гробик» был забит парусами, канатами и другим необходимым оборудованием, для меня там места не оказалось. Хозяйка сообщила, что столик в центре яхты между двух узких скамеек складывается, образуя удобное ложе по типу боковых мест в наших плацкартных вагонах. Но как это сделать, она показать не успела.

Усталые после долгого сидения на конференции и осмотров достопримечательностей Амстердама, мы с Ларой всегда возвращались на яхту раньше Фемке. Стол не был убран, и я валилась набок на одну из скамеек, более узкую, чем полка в плацкартном вагоне. Но мне уже было плевать. К тому времени, когда далеко за полночь появлялась хорошо подшофе хозяйка яхты, я видела сто десятый сон.

Реклама

Посмотреть прогноз погоды на следующий день было негде, смартфоны у нас с Ларой появились на несколько лет позже, а голландцы всегда готовы к непогоде. Утром все трое в спешке мы проделывали необходимые манипуляции в крошечном гальюне, туалете, где невозможно было даже глаз накрасить, выпивали утренний кофе и мчались на паром, идущий к центральному вокзалу.

Реклама

Паром ходил, как трамвай, через каждые четыре минуты. На него въезжали и велосипедисты, поэтому надо было постараться протиснуться вперед, чтобы сойти на берег в числе первых и сесть в метро.

В день открытия Конгресса погода стояла прекрасная, и мы преодолели сравнительно небольшое расстояние до RAI Congress Center Amsterdam пешком за полчаса. Но в день закрытия Конгресса шел такой ливень, что мы в спешке забыли обуть подходящие для дождя туфли, больше озабоченные тем, чтобы прихватить для торжественного вечернего ужина наряды с туфельками. Добежав до метро, а потом выйдя из него и проскочив под незатихающим ливнем до здания Конгресс-центра, мы успели изрядно промокнуть. Зонтики спасали головы, но ноги были по щиколотку в воде. Перед входом в зал толпилась нарядная публика, которая жила в мультизвездочных отелях в трех минутах ходьбы от Центра, и дождь ей помехой не был.

Реклама

И вот настал торжественный момент объявления главного приза за проект, связанный с чистой водой. Проект нашего клуба неожиданно вошел в число номинантов. Мы работали с детдомовскими детками над гигиеническими навыками, рисовали с ними картинки о чистой воде, а также поставили на кухне огромный фильтр для ее очистки — показатели по безопасности питьевой воды в этом районе города были наихудшими. А чего еще ждать от водопровода, построенного еще в 1869 году?

Реклама

В скромно-роскошном розовом костюме президент Европейской Федерации женских клубов вышла на сцену вместе с почетным гостем конгресса Фабианом Кусто, красивым элегантным мужчиной лет сорока, внуком знаменитого Жака-Ива. Как и великий дед, он был известным океанографом и исследователем глубин. Президент пригласила на сцену представительниц конкурирующих клубов. Австрийки, предвкушая победу, стояли на сцене изысканно одетые, в светлых сухих туфельках: они уже знали, что их проект — один из фаворитов, и их вызовут на сцену.

Реклама

Для нас с Ларой стало неприятным сюрпризом то, что придется подниматься на сцену, мы чувствовали себя лягушками из-за прилипающих к телу влажных брюк и совершенно мокрой обуви. Мы не ожидали, что все вокруг будет похоже на процедуру вручения Оскара.

Президент, произнеся обязательную речь, передала конверт для вскрытия Фабиану. Тот медленно, как бы волнуясь, вскрыл его, и над залом пронеслось: «Приз зрительских симпатий выиграл клуб „Днепр“, Украина. Аплодисменты!» — и с улыбкой повернулся к двум продрогшим женщинам. Лара вышла вперед с ответной речью, из нас двоих она была намного выше и представительнее. Да и брюки у нее были плотнее.

Победителей снимало телевидение и фотокорреспонденты, еще чуть ли не в обнимку со знаменитым Фабианом. У внука Кусто на Конгрессе была еще одна миссия — доказать присутствующим, что воду в Амстердаме можно пить не только из крана, но даже из каналов. Красавец Фабиан проделал анализы прямо на глазах у восхищенной женской аудитории. Позже, в 2014 году, вместе с двумя коллегами он побьет рекорд Жака-Ива, проведя под водой 31 день.

Реклама

Конгресс закончился, и нас с Ларой ждала целая неделя голландских каникул. Жили мы в доме у Фемке, недалеко от Делфта, но далеко от железнодорожной станции, до которой надо было тащиться километра три. Каждый день был посвящен одному из must see в Нидерландах мест.

Продолжение следует…

Реклама