Однажды молодой пастух по имени Арев (с арм. — солнце) привёл свою отару на солнечную сторону гор. Овцы, почуяв прохладу, потянулись наверх, туда, где их ожидало изобилие луговых трав и чистые ручьи, сбегающие с заснеженных вершин.
Арев засмотрелся на лёгкие белоснежные облака, медленно плывущие над головой.
Ветер усилился, и на парня хлынул резкий, пряный аромат душистой полыни, росшей на каменистых склонах. Сизо-серебристые кустики плавно заколыхались, казалось, приглашая человека в таинственный мир.
И вдруг одно облако, соединившись с шелковистыми стеблями полыни, обернулось прекрасной девушкой, одетой в серебристое платье. Её длинные золотистые волосы струились по спине, словно солнечные лучи. Большие синие глаза светились чистотой горных озёр.
Арев застыл на месте, боясь спугнуть чудо, представшее перед ним. В следующий миг ветер, обернувшись вихрем, унёс облачное видение в горы. Парень побежал следом.
День уже клонился к вечеру, начали сгущаться сумерки, и лишь тогда Арев остановился.
Возле ноги раздалось сердитое шипение. Парень отступил и увидел лежащую на тёплом камне гадюку.
— Иж (с арм. — гадюка), — сказал он виновато. — Прости, что помешал.
— А ты не теряй голову, завидев красивую девушку, — проворчала змея.
Проходили дни. Но облачная девушка не появлялась. Арев затосковал. И однажды, когда он, как обычно, вглядывался в плывущие облака, послышалось шуршание, и вскоре из-за камня показалась голова гадюки.
— Давно ты не брал в руки свою абрикосовую шви. А ведь девушки-каджи (мифологическое существо, связано с ветром) любят музыку, — тихо промолвила она и уползла.
Парень очнулся.
— Девушка-кадж, так это кадж, пропал я…, — прошептал он.
На следующий день, как только показались облака и подул ветер, Арев достал из-за пазухи шви и, сделав глубокий вдох, начал играть. Мелодия любви полилась над горами. Казалось, что ветер утих и облака замерли на месте.
Вдруг парень почувствовал, будто ветер коснулся его плеча. Он обернулся — рядом сидела девушка. «Кадж, ветер…», — пронеслось в голове у парня.
Сердце бешено колотилось, он не находил слов, а только продолжал выводить задушевные мелодии.
Через время прилетел вихрь и, подхватив девушку, начал удаляться — лишь золотистые волосы-лучи колыхались за ним.
— Как тебя зовут? — крикнул Арев.
— Я — ветер…, — услышал он в ответ.
— Ками (с арм. — ветер). Ты — Ками, — прошептал парень.
С тех пор он каждый день играл на шви, а девушка-кадж, Ками, как её теперь называл Арев, сидела рядом на камне и слушала.
Однажды Арев и Ками засиделись до полуночи. На небе сверкали звёзды, озаряя таинственным светом горы. Казалось, так, молча, можно жить вечность. Но Арев был человеком, и ему хотелось человеческой жизни — семьи, дома.
Он положил шви и сказал:
— Ками, выходи за меня замуж. Такое случается…
Ками долго молчала, а потом сказала:
— Я не смогу жить вашей жизнью. Я — вольный ветер.
Звёзды стали ещё ярче. Арев и Ками стояли, обнявшись, и смотрели на небо в надежде увидеть падающую звезду. А рядом на камне лежала Иж и тоже ожидала небесного чуда.
Вдруг одна звезда ярко вспыхнула и устремилась на Землю. В тот же миг Ками исчезла — лишь лёгкий ветерок всколыхнул воздух.
Арев побрёл вниз, в свой мир. А старая змея пристально всматривалась в расщелины, куда направлялась угасающая звезда. Вскоре в одной из расщелин она заметила яркий огонёк.
Когда она доползла до него, он уже обернулся зелёным ростком, на вершине которого сиял белоснежный цветок, обрамлённый, словно ореолом, длинными сиреневыми тычинками.
— Звёздочка моя, Астхик (с арм. — звёздочка), — прошептала старушка Иж. — Не бойся, привыкай, на Земле жить хорошо.
Так в горах появилось новое растение — каперс колючий.