Что поделаешь, привычка. С самого детства, как себя помню, уезжая от дедушки с бабушкой в Воркуту, мы с мамой обязательно везли с собой четыре ведра варенья. Больших, эмалированных. Неподъемных. Поэтому класса до седьмого до Москвы нас обязательно провожал дедушка.
Как мы перебирались с Павелецкого вокзала на Ярославский — целая эпопея. Не рассказ, повесть написать можно. А в Воркуте нас обязательно встречал отец на машине какого из своих приятелей. Вдвоем, в четыре руки, они с этими ведрами — играючи.
Дома все четыре ведра ставили к балконной двери. Там они и стояли, пока варенье не заканчивалось. Зимой оно так замерзало, что гнулась металлическая ложка, которой варенье набиралось из ведра в ёмкость текущего потребления.
Так уж повелось с самого детства: без варенья — никуда. Вот и этим летом мама сварила. Уже не ведрами, конечно, но, как и раньше, традиционное для нас: из красной смородины, из черной. Только вишни сейчас мало — пара молодых деревьев. Ягоды они пока дают немного. Так, поесть. На варенье не хватает. Поэтому вишневое мы нынче заменяем яблочным. Его тоже ещё бабушка варила.
Особенно вкусным у неё получалось из маленьких китайских яблочек. У нас их называют янтарками. Наверное, потому, что сироп в этом варенье получается прозрачный, светло-коричневого цвета с желтоватым оттенком — как янтарь. В «московских» селах эти яблочки называются ранеткой. Варят их целыми плодами. И обязательно оставляют кусочек черенка. Чтобы, взяв за него, яблочко можно было достать из чашки с чаем и… Съесть.
В общем, и яблочное варенье, пусть не из янтарки, а из белого налива или яблок более поздних сортов, для нас — тоже традиционное. Хотя приходилось мне по жизни сталкиваться и с очень оригинальными видами этого сладкого десерта.
* * *
Срочную я служил в Средней Азии. И в увольнении была возможность заходить в продуктовые магазины.
Первое, на что я обратил внимание, — варенье. Стоит оно на магазинных полках в покрытых толстым слоем пыли 100-граммовых банках. Если кто помнит, у нас, в России, майонез в таких раньше продавали. Остродефицитный тогда продукт был. О том, чтобы купить его сразу и много… Даже мечтать не приходилось. 100-граммовую баночку урвал?! Будь доволен. На полгода тебе её должно хватить.
А там, в Средней Азии, в таких баночках — варенье. И стоит, покрытое многолетней пылью, на полках… Никому совершенно не нужное! Русские сами варенье варят. Зачем им покупное? И таджикам-узбекам оно тоже ни к чему. Они чай с сухофруктами пьют. Или с виноградным сахаром, наватом.
Я ещё подумал тогда про недостатки советского планового хозяйства. Это бы варенье в вагоны и… к нам, на Север! Мигом бы все раскупили. Не стояло бы годами на полках, покрываясь пылью.
Нет, так-то и у нас варенье варят. Но такого — абрикосового, из алычи, винограда… Из моркови! Нет, такого у нас — и днем с огнем.
Вот тогда, во время срочной, я и попробовал варенье из моркови. Одну баночку. Мне хватило. Денежное довольствие у солдата-срочника небольшое. Не пошикуешь. Но баночку — можно.
Ничего такое варенье, сладкое. Но наше, из кабачков, когда при варке к ним добавляется лимонная или апельсиновая кожура, мне показалось вкуснее. Хотя, за неимением гербовой, можно пить чай и с морковным вареньем.
Больше нигде и никогда я такого варенья не встречал. И, думаю, это правильно. Лучше этот корнеплод в супы, в соусы, в овощное рагу. А варенье стоит варить из ягоды. Вот из той же смородины — черной или красной.
* * *
Бывший сослуживец по срочной и, по совместительству, очень хороший друг живет у меня в Архангельске. Ездил я несколько раз к нему через Пудож, Каргополь, Плесецк. И он как-то ко мне приезжал с супругой и внучкой. Повозил я их по Карелии. Водопад Кивач, Успенская церковь в Кондопоге, рускеальский мраморный карьер…
А все же запечатлеть надо! Вот и переполнилась карта памяти на фотоаппарате у моих гостей. Ну, мы купили флешку, заехали ко мне на работу. И пока Олег скидывал всё с фотоаппарата сначала на мой комп, а потом на приобретенный нами съемный носитель, я с его внучкой во двор вышел.
А у нас возле дома, где я тогда арендовал офис, росли лиственницы. Естественно, хвоя, шишки с них сыпятся вниз, устилая собою землю вокруг здания. Внучка и стала, от нечего делать, эти шишки пинать ногами.
Я посмотрел, посмотрел на эти безобразия и говорю ей, строго так:
— Юля, что это ты делаешь?! Зачем шишки — ногами?
— А что, нельзя? Они же никому не нужны.
— Как не нужны? Из них знаешь, какое вкусное варенье варят?! Ну-ка, собери их в пакет и отнеси бабушке. По пути заедем в продуктовый, купим сахара. И она вечером та-акое вкуснющ-щее варенье сварит!
Ну, ребенок собрал шишки, отнес бабушке. Та только заохала:
— Да это дядя Костя просто пошутил…
А следующим днем мы ездили с ними в Марциальные воды. И смотрю я: там, в сувенирной лавке, стоит продукция нашей местной фирмы «Ягоды Карелии». В том числе — варенье. И среди баночек морошкового, черничного, брусничного — варенье из… еловых шишек!
Ну, я купил одну, подхожу к гостям:
— Вот, выбросили вчера шишки! А могли бы… Своё! Своё варенье сварить.
В общем, увезли они это варенье с собою в Архангельск. Про его вкус я их не спрашивал. Но на банке было написано, что варенье это… Ну, очень полезное! Особенно при сильном кашле. Так что, надеюсь, пригодилось.