«Такая, скажем, на любителя», — часто думала она про себя, стараясь быть незаметной и занимать как можно меньше места в пространстве. Порой это было непросто.
В девятом классе к ним пришел новый ученик, Максим Соколов. Красивый, как герой кинофильма: высокие скулы, густые волосы и легкая, уверенная походка. Спокойный, как удав, и вежливый, как дипломат.
Когда он вошел в класс, девчонки благоговейно ахнули: «Как хорош!» Даже Дашинa соседка по парте, Арина, и та, хотя уже полгода встречалась с приятелем по танцам, не сводила с него глаз. Даша тоже отметила харизму новенького, но в отличие от других глазки ему не строила. К чему это? Оставалась нейтральной, вежливой, по привычке незаметной.
Однако девочка вскоре начала замечать, что взгляд Максима все чаще останавливается на ней. Сначала это были мелочи. Он просил у нее конспект, объясняя: «У тебя самый понятный почерк». Подсаживался в школьной столовой. Составил компанию на «освобождении» по физкультуре — они так и просидели вдвоем на лавке весь урок, болтая ни о чем. У Даши и правда болел живот, а вот в то, что Максим потянул ногу, она верила с трудом.
Через месяц он пересел поближе к ней, на заднюю парту. А однажды после уроков просто поднял Дашину тяжелую сумку с учебниками и понес, как будто это было самым естественным делом на свете.
— Пойдем, обсудим новую тему по химии, — весело бросил он на ходу.
Даша пошла, стараясь не обращать внимания на косые взгляды одноклассников и завистливые — одноклассниц.
Максим ей нравился, правда. Но внутри все сжималось от тревоги и недоверия. «Это спор, — решила она. — Обязательно спор! Вот он подойдет к своим друзьям и начнет хохотать над тем, как легко провел „качка“ в юбке и заставил поверить, что она ему нравится…»
Разве могла она, Даша, кому-то нравиться? Девочка сама не верила в это, но зарождающуюся дружбу — пусть и обманчивую — прерывать не хотелось.
* * *
На осенних каникулах они пошли с классом в театр. Максим решительно занял место рядом с ней, попросив одноклассницу подвинуться. Девочки с заднего ряда захихикали. Юля из параллельного, сплетница и, откровенно говоря, красотка, с которой они с Дашей жили по соседству, нагло спросила:
— Максим, что ты там расселся, тебе Дашка, что ли, нравится?
— Может, и так, — улыбнувшись, ответил Максим, даже не повернув голову в ее сторону.
— Она же страхолюдина, — парировала Юля. Ее подружки прыснули со смеху.
Даша хотела было возмутиться и наподдать хамке, попыталась встать, но Максим мягко остановил ее, положив руку на коленку.
— Не надо, Даш, — Он медленно повернулся к Юле. — В отличие от тебя, Даша красивая. А ты, если не видишь этого, просто дура.
Весь спектакль они просидели молча, но так близко друг к другу, что у девушки перехватывало дыхание. Неужели он, Максим, правда, считает ее красивой? Или просто Юльку хотел уколоть побольнее?
Нужно было расставить все точки над i, и тем же вечером, когда Макс провожал Дашу до дома, она, стесняясь, спросила у него, зачем вступился за нее. И добавила с укором:
— Ну какая я красивая, Максим! Зачем так говорить?
Он остановился. Луч фонаря эффектно освещал его лицо — ну чисто Аполлон в обличье девятиклассника. Максим нежно улыбнулся ей:
— Ты очень красивая, Даш. Не слушай тех, кто говорит обратное.
Она смутилась. А Максим продолжал:
— И ты мне очень нравишься.
Она посмотрела ему в глаза пристально, пытаясь уловить подвох. Но его будто бы и не было. Прямо под тем самым фонарем, под моросящим ноябрьским дождем он первый раз ее поцеловал.
* * *
И они перестали стесняться своих чувств: юношеских, наивных, но честных. Он провожал ее после школы и встречал утром у подъезда. Приглашал в кафе, кино и на каток по выходным. Они всюду ходили вместе, смеялись, разговаривали. Некоторые одноклассники все так же крутили у виска, другие смирились. «Чувствам не прикажешь», — цедили сквозь зубы влюбленные в Макса девочки.
А на зимних каникулах юноша позвал Дашу к себе домой. «С родителями познакомлю», — сказал, как отрезал. Они пошли, и дверь квартиры открыла улыбающаяся женщина в просторном домашнем платье. Она была высокой, статной, с широкими плечами и такими же большими, сильными руками. Лицо светилось теплом и спокойствием.
Странно, но гостье показалось, что она очень похожа на нее саму. Да, будто взрослая версия самой Даши встречала ее у порога!
— Проходи, дорогая, мы уже ждем тебя за столом, — ласково проговорила мама Максима, и в этом голосе не было ни капли сомнения или стеснения.
А потом из глубины квартиры вышел отец. Высокий, подтянутый мужчина с правильными, почти модельными чертами лица. За ужином он так нежно смотрел на жену, с такой безграничной любовью и восхищением, что у Даши перехватывало дыхание.
Наверное, в тот момент пазл и сложился. Даша вдруг поняла, что ее крупная фигура, казавшаяся не женственной, — это не недостаток, а особенность. И в мире обязательно найдется человек, а может, уже нашелся, который полюбит ее и примет.
Впервые за долгие годы ей не захотелось сутулиться, чтобы казаться меньше. Даша расправила плечи. Ведь красота бывает не только хрупкой, иногда еще и сильной, надежной и настоящей.