И увидел, что Ярослав — не просто лысеющий мужчина, а гениальный логист, способный оптимизировать любой маршрут. Что Анна — не просто увлеченный кулинар, а ещё и талантливый
Последующие несколько дней стали для Владислава Петровича временем прозрения. Он отменил все свои «манипулятивные практики» и попытался вернуться к нормальному межличностному общению. Но оказалось, что доверие, подорванное за две недели «психологического эксперимента», восстанавливается намного дольше.
Он начал с малого. Вернул Ярославу деньги за журналы о моде. Извинился перед Анной за свою непрошеную критику её выпечки. Попросил у Людмилы Васильевны помощи в составлении очередного квартального отчета — не как начальник, а как коллега, нуждающийся в экспертизе.
Но самым трудным оказалось перестать видеть в окружающих людях их комплексы. Приобретенная привычка — находить уязвимости — уже давала о себе знать буквально на каждом шагу.
Но постепенно Владислав Петрович стал замечать не только слабости людей, но и их сильные стороны. И вдруг он понял интересную вещь: когда он перестал пытаться управлять людьми с помощью комплексов, люди стали охотнее его слушать.
Через месяц в подразделении случилось чрезвычайное происшествие: крупный поставщик сорвал сроки, и производственный процесс оказался на грани остановки. В обычной ситуации Владислав Петрович начал бы паниковать, искать виноватых и создавал бы в коллективе атмосферу всеобщего ужаса.
Но теперь он поступил иначе. Владислав Петрович созвал всех и честно сказал:
— Ситуация критическая. У нас двое суток, чтобы найти замену поставщику. Я один не справлюсь. Помогите, пожалуйста.
И произошло чудо. Ярослав, используя свои связи в логистическом сообществе, нашел альтернативного поставщика. Людмила Васильевна за полдня проверила финансовую историю нового делового партнера и нашла способ ускорить оплату. А Анна… Анна просто принесла большой сладкий пирог и сказала:
— К чаю. Чтобы мозги лучше работали.
Производственный кризис был преодолен за 36 часов. Генеральный директор лично поблагодарил подразделение и пообещал выписать премию по итогам квартала.
— Знаете, — сказал Владислав Петрович, когда все собрались на очередное совещание, — я хочу извиниться перед вами. За те две недели, когда я… играл в кукловода.
Людмила Васильевна хмыкнула:
— Да мы с первого дня это поняли. Ярослав нашел в Интернете ту самую статью, которую вы читали.
Владислав Петрович покраснел:
— Почему же вы ничего мне не сказали?
— Ждали, когда вы сами догадаетесь, что мы не марионетки, — улыбнулась Анна. — А еще… у каждого из нас действительно есть свои комплексы. Но они не делают нас слабыми. Они делают нас… настоящими.
Прошел год. Подразделение Владислава Петровича стало лучшим в компании по показателям эффективности производственного процесса. Сам Владислав Петрович, к собственному удивлению, тоже получил повышение: его назначили заместителем генерального директора по логистике.
На его «отходном» обеде Ярослав, уже не поправлявший несуществующие волосы (и даже отрастивший вполне приличную бороду), произнес тост:
— За нашего бывшего начальника, который пытался стать кукловодом, но в итоге… просто стал хорошим руководителем. И человеком.
Владислав Петрович встал и сказал:
— Знаете, я понял одну вещь. Статья была права в том, что комплексы есть у всех. И у меня тоже — я боюсь оказаться некомпетентным, ненужным. Но она оказалась неправа в том, что использовать эти комплексы для управления людьми — это всё равно, что пытаться управлять машиной, ломая её руль. Можно, конечно, но далеко не уедешь.
Людмила Васильевна, обычно сдержанная, неожиданно добавила:
— А ещё комплексы — это как наши родинки. Они есть у всех, но только неумный человек будет пытаться по родинкам полностью диагностировать здоровье человека.
Все засмеялись. И в этом смехе не было ни капли напряжения.
Сейчас Владислав Петрович возглавляет департамент логистики. У него на столе стоит та же самая кружка «Лучший начальник», но теперь она соседствует с фотографией его отдела — тех самых «марионеток», которые научили его самому главному.
Иногда к нему приходят молодые менеджеры, наслушавшиеся умных популярных лекций об эффективном управлении, и спрашивают:
— Владислав Петрович, а в чем ваш секрет? Как вы добиваетесь такой эффективности от подчиненных?
Он улыбается и говорит:
— Знаете, есть одна статья… Но я вам лучше другую историю расскажу. Про то, как я пытался стать кукловодом…
А потом он звонит Анне Васильевне (которая теперь стала начальником отдела кадров) и просит найти нового сотрудника в отдел снабжения.
— И, Анна Васильевна, — добавляет он, — пусть у него будут свои комплексы. Это нормально. Главное, чтобы пирожки твои не забывал хвалить.
За окном идет дождь. В подразделении, которым теперь руководит Ярослав, кипит работа. Людмила Васильевна, выйдя на пенсию, работает консультантом два дня в неделю — «чтобы мозги не закисли».
А Владислав Петрович иногда, в особенно трудные дни, открывает тот самый блокнот с записями о комплексах. Перечитывает и смеется. Потому что понял самую главную истину, которой не было в той статье: лучший способ управлять людьми — это перестать пытаться ими управлять. А просто… работать вместе с ними.
Ведь даже самый искусный кукловод рано или поздно запутывается в собственных нитях. А вот люди, которые идут рядом, помогают не только достигать целей, но и не терять себя по пути.
И как говорит Людмила Васильевна:
«Человек — не функция. Не эффективность. Не ресурс. Человек — это просто человек. Со всеми своими комплексами, глупостями, пирожками и родинками. И в этом — вся его прелесть».
А та самая статья про абсолютное оружие управления до сих пор гуляет по Интернету. Иногда её находят новые начинающие менеджеры, полные энтузиазма и желания «эффективно управлять». И некоторые из них даже пробуют применить эти принципы на практике.
Но рано или поздно они понимают то, что понял Владислав Петрович: пытаться манипулировать людьми — это все равно, что пытаться играть на скрипке, держа смычок зубами. Звук, конечно, будет, но такой, что уши лучше заткнуть. И пирожков такие «кукловоды» никогда не дождутся. А пирожки, между прочим, — лучший показатель здорового коллектива.