Что это такое — работать в «ящике»?

Реклама
Грандмастер

Несекретные секреты в СССР

Во времена СССР говорили, что у нас все секретно и в то же время, что ничто не секрет. Секретность была разная.

Что это такое — работать в «ящике»?

Была секретность с допуском 3-й категории, а еще были допуски по форме 2, 1 и «совсем секретное» ОГВ (особой государственной важности). Не секретных НИИ в стране не было вообще. В чем разница между уровнями секретности и как к секретности относились люди?

Реклама

Отец рассказывал, как он в конце 1940-х, еще лейтенантом, водил на стрельбище свой взвод. Стреляли из «секретного» автомата Калашникова АК-47 «секретными» патронами. И как-то было зимой в снегу пропали две-три «секретные» гильзы — так потом вся рота разгребала и просеивала снег в поиске тех гильз, пока их не нашли. Вот такое в советское время было отношение к секретности.

Но к 1970−80-м годам отношение к секретности как-то сгладилось. Ну, в самом деле, если всё секретно и все всё знают, то чего бояться? Разболтать всё равно не выйдет, и при этом, в каком бы ты НИИ ни работал, всё равно сталкивался с секретностью.

В самом лучшем случае тебе оформляли допуск 3-й категории. Считайте — секретность уровня АК-47. Но оформлено все тогда было с очень серьезным видом. Первый отдел, в нем за документацией следили очень пожилые военные отставники (про которых был даже стишок «от отставки до могилы на полставки в четверть силы»), подписываешь не читая пару страниц инструкций. Подписанное тобой потом бережно хранят в личном деле на бесчисленных полках архива организации.

Реклама

К своему счастью, ни на вторую, ни на первую категорию секретности я не претендовал. В таких случаях реально подключались Внутренние органы, биографию кандидата просвечивали рентгеном на пару колен вниз и в стороны. А на третью категорию сходило и так: мол, да, секретно, но не слишком.

Когда я работал на «Красной Заре», меня предупреждали, что без секретности никуда. Но при этом для работы в отделе был нужен допуск по 3-й категории секретности, а если бы меня привлекли к работе по закрытой телефонной цифровой связи, то там была уже 2-я категория.

Дома я спросил совета у отца, и он мне порекомендовал отказаться, хотя там оплата была получше, да и вообще тогда считалось, что секретность — это круто. Но отец, отставной военный инженер, сам покрутился в условиях особой секретности, имел допуск по форме 1 и ОГВ, и, видимо, ему это не слишком понравилось.

Реклама

В начале 1980-х молодые выпускники вузов с огромным энтузиазмом рвались в «ящики» (организации, занимавшиеся какими-то оборонными, а потому «очень секретными» работами) по одной важной причине — там зарплата была больше.

Если я, распределившись после окончания университета в НИИ 3-й категории, имел в месяц 115 рублей, получая за вычетом налогов на руки 98, то в полувоенных конторах зарплаты даже у самых молодых начинались от 150 рублей. В военных НИИ, по слухам, платили еще больше — от 180 руб. для свежеиспеченного инженера.

Но лучше всего было тем, кто не только поступил в какие-нибудь военные НИИ, но и надевал погоны: их зарплаты начинались от 250 рублей (150−180 — за должность, плюс надбавка за звание). В моем первом НИИ столько получал кандидат наук, имевший диплом и должность старшего научного сотрудника.

Реклама

Однако секретность вызывала все же некоторые неудобства в жизни, создавая проблемы при выезде за рубеж и при личном общении с иностранцами.

Но проблем с получением загранпаспортов мы тогда не знали — ну кому мог светить выезд за рубеж? Когда один товарищ из нашего НИИ съездил в турпоездку в Югославию, он за две недели поездки выложил не только очень кругленькую сумму денег, вроде бы пару тысяч рублей (у меня тогда и близко столько не было), но и прошел какие-то комиссии — в НИИ и при райкоме, где у него спрашивали всякий идиотизм, дабы проверить его политграмотность.

Я же в те времена точно знал, что мне загранка никак не светит, не зная, что уже в 1992 году получу загранпаспорт и уеду от семьи на два года работать в Италию по контракту, ибо программисты в это время в России были не нужны. Интернета тогда нормального еще не было, потому удаленная работа практически отсутствовала. А разгрузкой вагонов заработать достаточно денег для молодой семьи — трудно (особенно инженеру), проверено на опыте.

Реклама

Прошли годы, разруха и разброд 1990-х завершились и снова началось некое движение по направлению к секретности для некоторых работ. Совсем недавно, к своему удивлению, узнал, что это понятие вовсе не исчезло. И сегодня некоторые должности в госучреждениях требуют доступа по категории 3 и даже 2. К счастью, в наше время секретность 3-й категории означает всего лишь, что при поездке куда-то за рубеж надо сообщить об этом Первому отделу предприятия. Тогда как при допуске «по форме 2» надо запрашивать разрешение на загранпоездку от Первого отдела предприятия, а это в наше время уже серьезное ограничение.

Интересно, куда все повернет со временем? Ну, меня это мало трогает, мне скоро на пенсию, но все же интересно.

Реклама