Советский «народный автомобиль». Почему «КИМ» не стал «Москвичом»?

Реклама
Грандмастер

Знаменитый «Москвич-400» — первый легковой автомобиль, доступный рядовым гражданам страны Советов. Первый из первых был собран в цехах Московского завода малолитражных автомобилей 4 декабря 1946 года. С этого дня начинается история советских малолитражек.

«В народ» пошла чуть изменённая копия немецкого «Опеля-Кадета» образца 1938 года. Но это следствие не отсталости советского автомобилестроения, а великой победы нашей страны. Как победитель, СССР отнял у Германии завод и документацию, чтобы быстро и дёшево наладить производство так нужных советским людям малолитражек.

Примерно так звучит причёсанная идеологами версия перерождения «Опеля» в «Москвича», тиражируемая долгие годы. Но так ли всё было на самом деле?

По имени КИМ

КИМ, если кто подзабыл, это не фамилия наследных лидеров КНДР, а Коммунистический Интернационал Молодёжи, международная молодёжная организация и секция «большого» Коминтерна.

В 30-е годы XX века имя КИМ было знаменитым, громким и почётным. Его присваивали пионерским дружинам, комсомольским организациям, фабрикам и заводам. Не избежал этой участи и «Московский автосборочный завод № 2».

Реклама

В марте 1939 года советское правительство поручило «Московскому автомобильному заводу им. КИМ» наладить производство массового автомобиля для советских людей на базе британской модели «Форд-Префект». Конструкторы и инженеры постарались и перед майскими праздниками 1940 года выдали «на гора» первые три двухдверные малолитражки, названные, конечно же, «

Реклама
КИМ-10».

Машинки получились внешне глуповато-лупоглазыми, внутри тесноватыми, зато лёгкими, шустрыми, весёлыми и дешёвыми. Купить их, как обещали, мог бы любой передовик производства, скопив сумму, примерно равную годовой зарплате.

Не остались без внимания и граждане, не способные на трудовые подвиги. По планам руководства, счастливым обладателем автомобиля теоретически мог стать любой советский человек, купивший лотерейный билет.

И хотя первые образцы собирались в цехах ЗИСа, а не КИМа, где вовсю шла масштабная реконструкция производства, намеченные правительственным постановлением цели в 1940 году казались вполне достижимыми.

НАТИ (Научно-исследовательский тракторный институт) подготовил чертежи двигателя и шасси, ГАЗ — кузова. Изготовленные в Америке за валюту дорогие штампы для массового производства последнего уже подъезжали к Владивостоку.

Реклама

Автомобиль успешно, без начальственных замечаний и пожеланий-указаний выдержал три показа членам Политбюро, но… Дорогу «КИМ-10» внезапно переехал сталинский телохранитель на «Опель-Кадете» образца 1938 года.

Реклама

И все-таки «Опель»

Три презентации первой советской малолитражки членам Политбюро проходили без Сталина. Вместе с Молотовым он почтил вниманием лишь четвёртую.

К тому времени был заключён знаменитый «пакт» с Германией. Между странами успешно развивались взаимовыгодные отношения. СССР поставлял партнёрам продукты питания и сырьё, получая взамен технологии и машины.

До массового производства собственных малолитражек было ещё, по большому счёту, неблизко. Поэтому у немцев закупили партию упомянутых выше «кадетов». Их раздали в личное пользование Героям Советского Союза, другим заслуженным и значимым гражданам страны. Один из экземпляров, очевидно, достался «тени Сталина», начальнику охраны «вождя народов»

Реклама
Н. С. Власику.

Может, и не достался, но именно Власик на роковой четвёртый показ «КИМ-10» пригнал в Кремль «Опель-Кадет» и установил рядом «для сравнения». Не отходя от вождя ни на шаг, начальник охраны наглядно показывал ему, чем плох «КИМ» и чем хорош «Опель».

Реклама

Тесный, неудобный двухдверный салон, низкий клиренс, допотопные фары на передних крыльях, «буржуйские» хромированные штабики (молдинги) на бортах и порогах — всё было плохо у «КИМ-10», но хорошо у «Кадета».

Новшества «десятки» — раздельные сдвижные сиденья первого ряда, приборная панель перед глазами водителя, отсек для запаски и прочее — остались без внимания и оценки.

Хотя конструкция малолитражки полностью соответствовала требованиям правительства, постановление Политбюро по результатам осмотра потребовало устранить выявленные недостатки в сжатые сроки.

Нарком среднего машиностроения И. А. Лихачёв и конструкторы пытались отстоять советский автомобиль, сберечь деньги, потраченные на закупку оборудования, разработку и организацию производства, но тщетно.

Реклама

На пятой презентации автомобилисты показали обновлённые варианты «КИМ». Всё, что требовало постановление, было выполнено, исключая самое главное: кузов остался двухдверным. Уж слишком дорого обошлись заморские штампы. Не выбрасывать же народные деньги на ветер, в самом деле…

Выяснением причин, по которым не удалось увеличить число дверей, занялись следователи НКВД. Одним из результатов их работы стал арест директора «Завода имени КИМ» А. В. Кузнецова «за введение в заблуждение советской общественности». Наркома Лихачёва понизили, перевели на прежнюю должность директора ЗИС.

Реклама

С декабря 1940 г. по июль 1941 г. «Московский автомобильный завод им. КИМ» успел выпустить около 400 первых советских малолитражек. Окончательный крест на проекте по изготовлению автомобилей поставила война. Неприспособленный к военным задачам народный автомобиль был пока не нужен.

После победы лавры первой массовой малолитражки достались «Опелю». Но это уже другая история, в которой не меньше странностей, чем в довоенной.

Реклама