Как вырастить бесстрашного малыша?

Реклама

Многие говорят мне о том, что у меня на удивление общительный и бесстрашный ребенок, и просят поделиться «секретом» такого воспитания. Поначалу я просто гордо улыбалась в ответ на такие комплименты, мой сын действительно не боится чужих людей, больниц, уколов и темных комнат. Читая различные журналы, я не раз натыкалась на статьи о том, что к семи месяцам дети начинают бояться чужих, неохотно расстаются с мамой, внимательно изучала, как надо помогать ребенку преодолевать свои страхи. Однако делать этого нам так и не пришлось, поскольку стукнуло нам семь, восемь, девять… год, а страхов никаких так и не возникло. Теперь я решила поделиться своим опытом. Что я делала правильно, что нет, стоит ли применять мои советы на практике — решать, конечно же, вам, но я очень надеюсь, что эти советы (или хотя бы некоторые из них) кому-нибудь помогут.

Реклама

Итак, прежде всего, когда у нас появился малыш, мы решили не отказываться от присутствия гостей в нашем доме. Первый месяц, пока малыш был еще мало приспособлен к окружающей среде, мы ограничились только близкими родственниками, к коим относились бабушки, дедушка и наши с мужем родные братья. После этого понемногу стали заходить друзья. Условие было одно: мыть руки, прежде чем подойти к ребенку, и, если ребенок спит, общение наше заключалось в тихих посиделках на кухне, пока малыш сам не проснется.

Когда кто-то из нас отправлялся с малышом на прогулку, к нам также присоединялись некоторые из наших друзей, которым мы сами звонили и приглашали пройтись. Мне кажется, что все это способствовало тому, что сын привыкал к тому, что, помимо мамы и папы, есть еще и посторонние люди, которые доброжелательно к нему относятся.

Реклама

Собираясь идти в поликлиннику, я всегда (с самого раннего возраста) разговаривала с сыном на эту тему примерно таким образом: «Сегодня мы пойдем к тете (дяде) доктору, она (он) нас немного посмотрит. Ну и пусть смотрит, что нам, жалко, что ли?» Или: «Нам сегодня укольчик сделают, быстренько, мама рядом будет и обязательно тебя поцелует потом». И сын у меня ни разу не расплакался в кабинете врача, всегда улыбался и позволял осматривать себя, как будет угодно. А когда ему делали прививки или брали кровь из пальца, сидел весьма спокойно (расплакался только однажды на самой первой прививке), и мне не раз приходилось слышать вслед слова медсестры: «Вот все бы дети так себя вели».

Реклама

А еще у нас была такая игра: мы с сыном садились на пол, накрывались одеялом, а папа наш начинал с другой стороны одеяла щекотать нас, приговаривая «бабки-ежки летят». Секунд через тридцать он прекращал, и мы выбирались из-под одеяла, затем забирались туда вновь, и все повторялось. Постепенно сын стал сидеть под одеялом один. Эта игра появилась у нас случайно, но, думается, именно она помогла ребенку не бояться темноты. Однажды, исследуя квартиру, сын забрался в шкаф, и дверь за ним случайно захлопнулась. Подходя к шкафу, чтобы высвободить своего малыша, я думала, что он будет плакать или, открыв дверь, я увижу испуг на его лице. Но мои ожидания, к счастью, не оправдались: сын сидел в шкафу и улыбался мне победной улыбкой: «Во, куда я забрался!»

Реклама

Ну и, конечно же, самое главное, что мы можем дать своим детям — наша любовь. Чем больше ребенок будет ее чувствовать, чем больше мы будем ласкать, целовать его, играть и разговаривать с ним, тем спокойнее он будет относиться к чужим людям, к различным неприятным ситуациям. Потому что будет знать, что мама и папа рядом, а соответственно, рядом поддержка и защита. Я до сих пор с блаженной улыбкой вспоминаю случай, когда мы заходили в кабинет к невропатологу. Врач, глянув на улыбающегося ей с самого порога сына, произнесла: «Ну, по этому ребенку сразу видно: любовью он не обделен».

Вот только главное — чтобы любовь не обрела гиперразмеры, чтобы опека наша не стала чрезмерной, удушающей, ведь тогда ребенок без мамы и папы просто не сможет существовать, даже когда вырастет. Грань эту, конечно же, нащупать сложно. На мой взгляд, не стоит кидаться к ребенку со всех ног, если он, к примеру, не сильно упал, причитая при этом: «Ах, убился!». Можно спокойно сказать: «Упал? Вставай». Скорее всего, ребенок спокойно встанет и пойдет дальше, вместо того чтобы расплакаться, как это случается, когда он слышит наши причитания. Другое дело, если ребенок упадет или ударится довольно сильно. Тогда, безусловно, надо взять на руки, пожалеть, но опять-таки все это следует делать спокойно, хоть я по себе знаю, как екает при таких падениях и ушибах сердце, как тяжело видеть маленькую мордашку в слезах. Но вот только чем спокойнее относится мама к какому-либо происшествию, тем быстрее успокаивается ребенок.

Реклама

Еще я считаю, что не следует запрещать малышу куда-либо залезать, будь то лесенка, стол, стул, пугая его: «Ты можешь упасть и разбиться». (Речь не идет о действительно опасных предметах, таких, как, например, розетка — тут надо четко дать понять: нельзя!) Ведь ребенок, в конце концов, может поверить, и его потом силой не затащишь туда, где все остальные дети без проблем лазают и играют. На мой взгляд, проще встать рядом и подстраховать малыша, дав ему тем самым в очередной раз понять, что поддержка рядом.

Реклама