Кабалье Лассаль Камил Леопольд, «В железнодорожном вагоне». В чем интрига?

Реклама
Грандмастер

Известный французский живописец Кабалье Лассаль Камил Леопольд родился в Париже, учился у своего отца — художника Л.-С. Кабелло-Лассаля. В 1864—1889 годах экспонировал произведения на Салонах.

Мы вместе с художником — в сорокаместном вагоне номер 1373 поезда, идущего из. в… Осенний вечер: девять персон в теплой одежде: пальто, куртки, шляпы.

Этой картине можно было бы дать второе название — «Возвращение в город» (на эту мысль наводит букет на коленях девушки — не везти же цветы в деревню!).

Главные лица — ближе к зрителю: молодой человек в голубоватой рубахе навыпуск (по виду — мастеровой), бабушка в белом чепчике и сложного узора малахае, миловидная девушка в головном уборе вроде капюшона и в длинном пальто, мужчина среднего возраста с ружьем и подсумком, из которого видны перья фазана.

Реклама

Позади этой четверки сидят несколько человек. Женщина в черном (может быть, возвращается с похорон?) занята чтением, седой мужчина дает огонек молодому человеку и пыхтит сигаретой, мужчина в черной шляпе и с бакенбардами опустил голову (не то дремлет, не то читает). Видно еще три головы: справа — солдат в красной шапке, за девушкой — голова женщины, и между ними просматривается голова ребенка.

Судя по всему, это не одна компания, поскольку есть собралась только бабушка.

Что связывает тех, кто сидит лицом к зрителю? Кажется очевидным, что бабушка и девушка — родственники. И ездили они в деревню навестить теток, дядей, сестер, племянниц, племянников — в общем, всех, в том числе и старых друзей. Может быть, девушка совсем недавно перебралась в город, поступила куда-то на службу и свой выходной решила провести в деревне. Можно представить себе, что когда они сели в вагон, на скамье сидел только юноша, который сейчас поглощен тем, что раскуривает сигарету, они подсели к нему, а потом охотник «присоседился» к симпатичной попутчице.

Реклама

Скорее всего, они сели не одновременно, охотник присоединился к ним позже, и в вагоне уже не было свободных мест.

Бабушка успела заняться сугубо плотским делом: она достала из своей корзиночки булку, разрезала и сейчас положит на нее кусок деревенской ветчины. А потом закусит яблоками, которые лежат на крышке корзинки рядом с ветчиной.

Девушка влюблена. Может быть, она предполагает выйти замуж. В руке у нее ромашка, с которой она срывает лепестки: «Любит — не любит». Только начала это вечное гадание, как тут охотник начал донимать ее своими вопросами.

Кстати, охотник довольно бесцеремонный — руку положил на спинку скамьи, чуть ли не обнял соседку. Почему он не предмет гадания девушки — вряд ли она стала бы рвать ромашку в присутствии поклонника. Тем не менее у нее на лице читается интерес к случайному попутчику. Кто знает, может быть, знакомство продолжится.

Реклама

Как отнесется к этому бабушка? Вряд ли хорошо, ее взгляд полон сомнения в личности «охотника», уж больно он скор. С другой стороны, он тоже ей интересен (мало ли что, может быть, это не просто так).

Другая версия: бабушка не имеет никакого отношения к девушке, девушка сама по себе (небольшой намек на это — корзинка с едой стоит далековато от попутчицы). И бабушка наблюдает за разговором молодых людей из любопытства.

Станция назначения еще нескоро. Кто знает, до чего договорятся молодые?

Картина странным образом перекликается с «Письмами Фрадике Мендеса» испанского писателя Эсы де Кейроша, а именно с рассказом о некоем Шамбрэ, который сел в поезд, чтобы приехать на заранее назначенную встречу со своим другом. Но! Рядом с ним сидела дама, которую он (после относительно небольших усилий) склонил к обеду в деревенской таверне. Как говорят на Востоке, «и случилось то, что случилось, и произошло то, что произошло»: они прекрасно провели день, едва успели на последний поезд на Париж, и когда прощались, он неожиданно задал ей вопрос: «Как тебя зовут?» На вокзале ее встречал муж, совершенно растаявший от того, что она привезла ему букет желтых гвоздик, купленных случайным попутчиком.

Реклама

Реклама