Буква «Щ». В чем ее глубокий смысл?

Реклама
Грандмастер

Дурацкий вопрос! Какой смысл может быть у буквы? Все равно, что спросить, какой смысл у коренного зуба. Или у глаза. Есть — и все тут. Задумаемся, однако, о месте этой буквы в нашей повседневной жизни. Прежде всего, можно ли ее заменить? Например, в слове «щи»? Что останется?

Это, конечно, справедливо не для всех слов. Если взять слово «ищи», то вполне возможна замена на букву «Ш»: ишшы.

Это — присловье. На самом деле меня к этому опусу побудило желание разобраться, насколько велико значение этой буквы в суффиксах. Ее применение может очень сильно изменить смысл слова.

Человек. А если «человечище»? Чувствуете разницу? Из обычного «человека» появляется нечто громадное! «Какой матерый человечище!» Что встает перед глазами? Гигант!

Чудище. Когда говорим «чудо», подразумеваем нечто необычное, необъяснимое, приятно удивляющее. «Чудище» носит, с одной стороны, понятие величины, а с другой — нечто неприятное, отвратительное.

Пепелище. У этого слова нет значения без буквы «Щ». Но тем не менее, эта буква вносит оттенок чего-то плохого.

Реклама

Сонмище. Здесь, опять — таки, буква не несет отрицательного смысла, только подчеркивает величину.

Дружище. Замечательный пример превращения обычного в необычное с положительныйм смыслом.

Детище. Здесь не только величина, здесь и как бы объем вложенного труда (аналогично и слово «домище»).

Ножищи, глазищи, ручищи — величина, и не только, принадлежность к чему-то богатырскому.

Надо заметить, что ученые предлагали заменить букву Щ сочетанием других букв (Тредиаковский, «Разговор об орфографии», 1748 год). Но все-таки буква выжила.

Происхождение буквы «Щ» занимает головы ученых много лет. Одна из проблем — как появился отросток, который превращает букву «Ш» в букву «Щ». Кажется, такая мелочь, а как влияет на смысл слова. Конечно, в приведенных выше примерах спокойно можно заменить звук «Щ» на звук «ШШ». Но сегодня это или признак дефекта речи, или признак того, что говорящий — из глубинки.

Реклама

А если взять графологов, то они могут при анализе почерка обратить особое внимание на написание этого самого отростка. Люди старшего поколения помнят, каких трудов стоило вывести этот самый отросток!

(Почерпнул из Википедии, что этот отросток относится к диакритическим знакам, то есть — к знакам отличия. И что этих знаков может быть несколько — на одной букве. В этом смысле буква Щ — не самый неприятный вариант в смысле чистописания.)

Между прочим, эти упражнения никогда не вызывали особого интереса, если не наоборот. Уроки чистописания — как давно все это было! Нас учили писать красиво. Далеко не всегда это удавалось. Но усилия учителей были направлены и на формирование вкуса и характера. Автор нижеприведенного текста пишет, что красота человека — в красоте его письма. В какой-то степени он прав (хотя это — не закон)

Реклама

Вернемся, однако, к хвостику. На приведенной иллюстрации хвостик слегка упрощен (по сравнению с прописями 50-годов прошлого века). А жаль! Лично мне очень нравятся завитульки, петельки. И хотя они не всегда удавались, я выводил их с большим старанием.

Вот это вот старание однажды привело к полному краху надежд. Правда, это случилось не со мной.

Директор какой-то конторы решил выявить самого способного работника, чтобы обеспечить ему продвижение по службе и тем самым способствовать процветанию учреждения.

«Однажды, прогуливаясь в летнем саду «Террариум», товарищ Аматорский остановился у столика, где под табличкой «Разоблачитель чудес и суеверий, графолог И. М. Кошкин-Эриванский» сидел волосатый молодой человек в очках с сиреневыми стеклами и определял способности граждан по почерку.

Реклама

Помедлив некоторое время, товарищ Аматорский своим нормальным почерком написал на клочке бумаги:
«Тов. Кошк.-Эриванскому. На заключение».

Когда графолог получил эту бумажку, глаза его под сиреневыми стеклами засверкали. Определить характер Аматорского оказалось пустяковым делом.

Через пять минут глава «Щей и каши» читал о себе такие строки: «Вы, несомненно, заведуете отделом, а вернее всего, являетесь главою большого учреждения. Особенности вашего почерка позволяют заключить, что вы обладаете блестящими организаторскими способностями и ведете ваше учреждение по пути процветания. Вам предстоит огромная будущность»."

Графолог работал в конторе три дня и три ночи. Выдал заключения на всех работников, которые в массе были довольно серыми личностями, за исключением одного:

Реклама

«Трудно даже представить себе, — писал Кошкин каллиграфическим почерком, — каких вершин может достигнуть данный субъект. Острый, проницательный ум, ум чисто административный характеризует этого индивидуума. Оригинальный наклон букв свидетельствует о бескорыстии. Довесок к букве „щ“ говорит о необыкновенной работоспособности, а завиток, сопровождающий букву „в“, — о воле к победе. Нельзя не ждать от этого индивидуума крупных шагов по службе»"

Это было написано о человеке по фамилии Кипяткевич, который и заказал графологу такое заключение.

«Прочтя о гениальном индивидууме с необыкновенным довеском к букве „щ“, Аматорский очень обрадовался. Наконец-то он сыскал змею, которая таилась в недрах учреждения и могла когда-нибудь занять его место.»

Реклама

«Прищемил гада!» — подумал Аматорский.

Так описали события давно минувших дней Илья Ильф и Евгений Петров. Это, естественно, похоже на анекдот. Но доля правды в этом есть: нельзя полагаться на графологов и на довесок к букве «Щ».

Что касается самой буквы «Щ» и ее роли в русском языке: роль суЩественна. И буква будет суЩествовать столько, сколько суЩествует русский язык.

P. S. На эту статью меня вдохновил Булат Шалвович Окуджава (не лично, к сожалению). Когда-то на вопрос: «Какая же тема вашей диссертации?» он ответил: «Именительный падеж в творчестве Лермонтова».

Реклама